Брак на выживание Орлова Анна

– Не тут, – перебил он и махнул извозчику: – В ближайшую пристойную ресторацию, где можно неплохо пообедать.

Извозчик спрятал газету и прогудел в седые усы:

– Как изволите, сэр. «Черный лебедь» устроит? Там… того, кабинеты отдельные есть.

И как я еще не рухнула замертво от апоплексического удара? Кажется, к щекам моим прилила почти вся кровь, имевшаяся в моем многострадальном теле.

Отдельные кабинеты – это… это для женщин на час! Леди не полагается даже знать о таком!

– Годится, – одобрил мистер Лэйн.

Со мной он обращался как со статуей: поднял и перенес. До меня донеслось неодобрительное: «Куда катится мир!» одной пожилой дамы. «И не говори, Летиция! Среди бела дня…» – поддакнула ее подруга, качая головой, и поджала губы.

– Что вы наделали?! – воскликнула я, когда ко мне вернулся дар речи. – Разве вы не понимаете, что теперь о нас подумают?

– Подумают, что мы любовники, – ответил он преспокойно и поднял брови. – Что? Слухи дойдут до твоего Блэкмора, он убедится, что ты нашла другого, и наконец от тебя отстанет. По-моему, прекрасный план.

Я сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Прекрасный план?

Так вот зачем он потащил меня на оживленную улицу! И понятно, почему не предложил в магазине отправить счет, а демонстративно расплатился наличными. Он сделал все, чтобы пошли пересуды.

– Который не оставит камня на камне от моей репутации!

В запале я почти кричала.

– Подумаешь, – пожал плечами мистер Лэйн и спрятал зевок. – Эми, тебе уже терять нечего. У тебя же будет ребенок.

Я открыла рот… и не нашлась что возразить. Исходя из того немногого, что знал обо мне мистер Лэйн, все действительно выглядело предельно просто.

Собственно, во многом он прав. Смешно теперь говорить о репутации, хотя я продолжала мыслить привычными категориями. Вот только мистер Лэйн, увы, никак не годился на роль фиктивного отца моего малыша. И сомневаюсь, что Ричарда этот демарш расхолодит!..

Совету кебмена мистер Лэйн не последовал. Побоялся, видимо, что в отдельный кабинет меня придется тащить волоком. У меня и без того сердце из груди выскакивало. Одно дело знать, что твое имя полощут за спиной, и совсем другое – сталкиваться с открытым презрением.

Не успели мы войти, как я встретилась взглядом с миссис Осборн, старинной маминой подругой, и обессиленно прикрыла глаза. Мистер Лэйн может быть счастлив: его задумка удалась сполна. Теперь сплетни вспыхнут лесным пожаром.

Мой, с позволения сказать, работодатель безмятежно улыбался, как будто ничуть не боялся угодить в эпицентр скандала. Мужчинам прощается многое, но ведь он – законник! Вряд ли мистеру Лэйну пойдет на пользу, если его привлекут как соответчика по делу о разводе. Так что придется собраться с духом и обо всем ему рассказать.

– Что-то ты притихла, – заметил мистер Лэйн, когда мы вышли из ресторации. – Устала?

Я смогла лишь кивнуть. Меня трясло от волнения и от страха. Если раньше наши с Ричардом… семейные трения для светского общества были лишь предположением, то мое появление рука об руку с другим мужчиной станет тем самым камушком, который сдвинет лавину. Только бы она не погребла и нас!

Мистер Лэйн вздохнул и подал мне руку.

– Ладно, поехали домой, несчастье.

Я отговорилась плохим самочувствием и сразу поднялась к себе. На душе было муторно, меня все еще немного потряхивало. Сегодня я не просто взбунтовалась против мужа, я попрала все писаные и неписаные законы.

– Эми! – громким шепотом позвал невидимый Барт, заставив меня выронить щетку для волос.

– Нельзя же так пугать! Что случилось?

– Тсс! – Призрак выглянул из-за зеркала и приложил палец к губам. – Иди за мной, только тихо!

Он расплылся в довольной улыбке и поманил меня за собой. Недоумевая, я на цыпочках подошла к лестнице.

– Что…

– Тихо! – шикнул Барт. – Спугнешь!

Кого? И тут же услышала низкое контральто экономки. Они спорили прямо в коридоре.

– Не понимаю, чем ты недоволен, милый.

– Хорошо, – вздохнул мистер Лэйн. Скрипнул ножками стула. – Давай по пунктам. Во-первых, я просил тебя выделить Эмме платье. Тебе что, старых вещей жалко? Так они все равно скоро в сундуке сгниют.

– Не знаю я никакой Эммы! – парировала экономка. – Эту твою секретаршу зовут Эмили Грин, она сама так представилась.

Пришлось прикусить костяшки пальцев, чтобы не рассмеяться. Как она его уела!

– Вот же стерва! – прошептал Барт с невольным восхищением.

Он прятался за фикусом. Со стороны это выглядело, будто растение поглотил густой туман.

– Во-вторых, ты подставила Эмму под удар, – продолжил мистер Лэйн после паузы. По первому пункту, выходит, признал свое поражение? – Ты-то прекрасно знала, что никакой срочности в письме не было. А если бы с ней что-нибудь случилось?

– Подумаешь! – капризно протянула экономка. – Без нее было лучше.

Я прямо видела, как она надула губы.

– Послушай, Мэри. – Мистер Лэйн все еще пытался до нее достучаться. – Ты же понимаешь, что мне нужна нормальная живая секретарша…

– Зря, – прокомментировал Барт.

И точно, снизу послышался горький женский всхлип.

– Конечно, я ведь кто? Подумаешь, всего лишь бесправный призрак!

– Мэри, я очень тебя ценю, – попытался утешить ее мистер Лэйн.

Экономка утешаться не желала. Плакала так горько, что я поневоле задумалась, не придется ли потом вытирать пол от луж эктоплазмы.

– Не ценишь! – выдавила она сквозь рыдания. – Распоряжаешься моими вещами! Привел какую-то!..

Терпение мистера Лэйна на этом закончилось.

– Мэри, перестань. Мне нужен секретарь, и точка.

– Вот и взял бы какого-нибудь милого паренька, – всхлипнула Мэри. – Или хотя бы приличную девушку, а лучше вдову. А не эту… Фи, она же беременная неизвестно от кого!

Тут Барт не выдержал. Облачком слетел вниз и с ходу ввязался в спор:

– На себя посмотри! Тоже мне, скромница невинная.

– Кто бы говорил. – Голосом Мэри можно было вытравливать узоры на металле. – Помолчал бы, герой-любовник! Я вообще-то не с тобой разговариваю.

– Разговариваешь? – фыркнул призрак. – Да ты с больной головы на здоровую перекладываешь! Как Эмме барахло свое зажать и вдобавок подставить, так сразу сообразила. А как отвечать, так в слезы!

«Так ее!» – прошептала я. Все-таки Барт молодец.

Мэри сопела, и Барт припечатал победно:

– Ты ведешь себя, как свекровь!

– Да твоя Эмма – дурочка наивная! – повысила голос Мэри. – Как телку на веревочке водить можно! Ей сказали – она и пошла. Фу!

Ответил ей внезапно мистер Лэйн.

– Мэри, а сама-то ты? – возразил он, хмыкнув. – Давно наивной глупышкой была? Эмма умненькая и исполнительная, а что доверчивая, так это дело поправимое.

Надо же, какие комплименты! Как будто не он совсем недавно изощрялся в обидных словах.

Я была в шаге от того, чтобы обнаружить свое присутствие, когда снизу донесся негромкий смешок:

– Грегори, у тебя пополнение? Или второй призрак так, на огонек забрел? Ты, часом, не решил их коллекционировать? Могу подкинуть парочку из семейного собрания.

– Чур меня! – отказался мистер Лэйн с чувством. – Чарльз, какими судьбами?

Гость негромко рассмеялся.

– Прости, что без разрешения. Дверь была не заперта, я услышал голоса и вошел.

Каким ветром сюда занесло лучшего друга Ричарда? И не пришли ли они вместе?!

Я вихрем слетела по лестнице и задвинула щеколду на двери. Теперь Ричард не застанет меня врасплох.

– Эмма? – удивленно спросил мистер Лэйн, выглянув из кухни. Смерил меня взглядом с головы до ног и выразительно хмыкнул. – Играешь в разведчиков?

Я поджала пальцы ног. В «своей» комнате я разгуливала босиком. О тапочках мистер Лэйн не вспомнил, а от туфель на каблуках ныли икры. Теперь же это выглядело так, словно я намеренно разулась, чтобы проскользнуть незамеченной и подслушать!

Спас меня лорд Блэквуд. В своем франтоватом костюме, с гвоздикой в петлице и с резной тростью, он составлял любопытный контраст с мистером Лэйном, по-домашнему одетым в вытертые вельветовые штаны и мягкий застиранный свитер с закатанными рукавами.

– Леди… – поразился лорд Блэквуд.

– Просто Эмма! – поспешно сказала я.

Он светски поклонился.

– Тогда прошу вас, называйте меня Чарльзом. Какая приятная неожиданность видеть вас здесь!

Мистер Лэйн покосился на него, сунул руки в карманы и привалился плечом к дверному косяку, эдак невзначай перекрывая проход ко мне.

– Правда? Слухи о нас с Эммой еще не разнеслись? Я разочарован.

По тонким губам лорда Блэквуда скользнула улыбка.

– Не сомневаюсь. Ты ведь приложил столько усилий для их скорейшего распространения.

– Ты заглянул на огонек, чтобы полюбопытствовать, правда ли это? – в тон ему осведомился мистер Лэйн. – Как видишь, правда.

Я переводила взгляд с одного на другого. Что же их все-таки связывает? На дружбу непохоже. В поведении мистера Лэйна читалась неприязнь, а на холеном лице Чарльза застыла скучающая мина.

– Нет. – Он качнул головой и пояснил неожиданно серьезно: – Я заглянул на огонек, как ты выражаешься, чтобы предупредить. Ричард весьма недоволен…

– Рвет и мечет, что у него увели подружку, – перевел мистер Лэйн и ухмыльнулся. – Знаешь, как говорится? Что упало, то пропало.

– Подружку? – Лорд Блэквуд приподнял бровь и кашлянул. – Что же, полагаю, можно сказать и так. Будь осторожен, Ричард мастерски умеет доставлять неприятности.

– Разве это умение лорды не впитывают с молоком матери? – скопировал приподнятую бровь мистер Лэйн.

Глаза лорда Блэквуда сверкнули, однако он сдержался, лишь крепче сжал пальцы на набалдашнике трости.

– Я вынужден откланяться. Дела. Эмма, – он приподнял шляпу, – рад был убедиться, что вы в добром здравии.

– Поскорее донеси это до своего дружка, – мрачно попросил мистер Лэйн.

– Непременно, – светским тоном пообещал лорд Блэквуд. – Если позволишь, я выйду через заднюю дверь.

– Лорд Блэквуд, погодите! – спохватилась я. Если он пришел, чтобы предупредить меня и мистера Лэйна, значит, он на нашей стороне? Тогда жаль упускать такой шанс.

– Да? – приостановился лорд.

– Я бы хотела поговорить с вами. – Под хмурым взглядом мистера Лэйна мне было не по себе, однако я закончила храбро: – Наедине.

– Нет! – быстро возразил мистер Лэйн. – Говорите при мне.

Лорд Блэквуд почему-то усмехнулся. Впрочем, усмешка мелькнула и пропала так быстро, что я могла лишь гадать, не привиделось ли мне.

– Мистер Лэйн! – возмутилась я. – Это очень личный разговор.

– Считайте, что я – ваш законник, – нагло заявил он и скрестил руки на груди. – Ну что, говорите или?..

Если он намеревался меня смутить, то просчитался.

– Лорд Блэквуд, – начала я, тщательно подбирая слова. – Мне стало известно, что Ричард считает вас моим любовником, и… – вздох и словно с обрыва: – Я прошу вас поддержать его в этом заблуждении!

На кухне что-то с грохотом упало.

Мистер Лэйн и лорд Блэквуд в это мгновение были удивительно похожи. Одинаково недоуменно таращились на меня, словно на говорящего слона.

Первым в себя пришел мистер Лэйн.

– Эмма, тебе, случаем, по голове ничем не попадало?

Лорд Блэквуд был более корректен. Прочистил горло и начал мягко:

– Право, я очень польщен, но… Почему бы вам не пригласить на эту роль кого-то другого? Скажем… мистера Лэйна?

Меня даже передернуло. Притворяться возлюбленной этого грубияна? Благодарю покорно! Сказать об этом в лоб я не рискнула. Мистер Лэйн и без того был хмур, словно грозовая туча. Что ему опять не так?

В интересах мистера Лэйна перевести огонь на кого-нибудь другого. В конце концов, у лорда Блэквуда куда больше возможностей противостоять Ричарду, чем у рядового законника.

– Увы, лорд Блэквуд, – вздохнула я и развела руками, – на эту роль нужен кто-то из списка.

– Из списка? – повторил он с любопытством.

Готова поспорить, лорд Блэквуд сдерживал смех. Вон как искрятся глаза и дрожат уголки губ!

– Темный маг, – объяснила я, не вдаваясь в детали.

Зато мистер Лэйн смотрел так, будто мечтал придушить меня собственными руками и ждал лишь, когда уйдет восвояси лишний свидетель.

– А как же я? – В голосе его было столько яду, что хватило бы даже знаменитому Борде, повару, который попотчевал отравой в супе почти двести человек. – Или ты притворишься, что у тебя сразу несколько любовников?

Я могла бы напомнить, что не просила его об этом, но… струсила.

Губы лорда Блэквуда вновь дрогнули.

– Боюсь, – заметил он рассудительно, – я слишком ревнив, чтобы на такое пойти. Простите, но я вынужден отказаться. Рассмотрите лучше кандидатуру Грегори, раз уж он, – лорд кашлянул в кулак, пряча смех, – сам напросился. Может, он все-таки подойдет?

Судя по лицу мистера Лэйна, он в этот момент мечтал кого-нибудь придушить. Лорд Блэквуд же откровенно потешался.

– Чарльз, заткнись! – наконец вымолвил мистер Лэйн, пытаясь испепелить его взглядом.

Лорд Блэквуд испепеляться отказался. Очень жаль, потому что мне стало невыносимо стыдно. Неловко предлагать себя на роль фиктивной любовницы, но еще более неловко получить отказ.

– Боюсь, мне в самом деле пора, – усилием воли согнав улыбку с губ, лорд Блэквуд непринужденно поклонился. – Грегори, не проводишь меня? Тебе не помешает пройтись…

«…и остудиться» он деликатно опустил.

Мистер Лэйн выглядел взбешенным.

– Пойдем, – отрывисто кивнул он, ни на кого не глядя, и выскочил из дома.

– До свидания, – вежливо приподнял шляпу лорд Блэквуд.

Я дождалась, пока за ними закроется дверь, и поплелась на кухню. Хотелось крепкого сладкого чаю. Греть руки о горячие стенки чашки, вдыхать аромат, отпивать по крошечному глотку. И ни о чем, ни о чем не думать!

Мечтам моим не суждено было сбыться. На кухне меня поджидала миссис Симмонс. На плите побулькивала кастрюлька и тихо свистел чайник, на полу валялись осколки тарелки, а экономка зависла у окна с потерянным видом. Барта нигде не было.

Захотелось ретироваться, но я себя пересилила. Молча сняла с плиты чайник, ошпарила заварочный чайник и щедро отмерила чайных листьев.

– Значит, вы намерены остаться? – Голос экономки раздался так близко, что я дернулась и плеснула кипятком на стол.

Я пожала плечами и потянулась к полотенцу. Что ей ответить? Что идти мне некуда и по большей части незачем? Что мало кто станет мне помогать, рискуя стать врагом могущественного лорда? Что после сегодняшней выходки мистера Лэйна мне разве что в содержанки податься? Но кому нужна содержанка на сносях?

Хотя мистер Лэйн тут ни при чем. Я ступила на эту дорогу, когда убежала из дому. И все, что за этим последовало, – лишь мой выбор, мне за него и отвечать.

Всего этого я, разумеется, не сказала. Лишь проронила сдержанно:

– Да.

Я искоса взглянула на экономку. Судя по сердито поджатым губам, мой ответ ее не обрадовал. Она перелетела поближе к плите и протянула к ней руки, словно пытаясь согреться.

Враждовать с вредной экономкой не хотелось. Хотелось закрыть глаза и… например, побиться головой об стол. Вместо этого я налила себе чаю, щедро сдобрила его сахаром и придвинула поближе вазочку с печеньем. Говорят, сладкое успокаивает нервы.

Экономка перелетела через кухню и, скрестив руки на груди, зависла напротив. Я и ухом не повела, продолжила жевать печенье и запивать его чаем. Хочет устроить скандал? Я вовсе не намерена ей в этом потакать.

Она кашлянула.

– Мисс Грин?

Промолчать было бы невежливо. Я нехотя подняла взгляд.

– Да, миссис Симмонс?

– Думаю, – она поджала накрашенные перламутрово-розовой помадой губы, – мы можем попробовать ужиться, пока Грегори не наскучит… эта блажь. Надеюсь, вы не против, что я говорю откровенно?

– Нисколько.

Прямой разговор куда лучше уверток и колкостей, на которые у меня просто не осталось сил. Слабо верилось, что мы с миссис Симмонс можем найти общий язык, но отвергать протянутую руку было бы неразумно и недостойно.

– Превосходно. – Она провела ладонью по столу, смахивая крошки. Судя по легкости, с которой это было проделано, силы и опыта призрачного существования миссис Симмонс не занимать. От нее мой взгляд не укрылся. Экономка подняла выщипанные брови и поплотнее запахнула халатик. – Гадаете, как давно я здесь? Почти сто лет. За это время я научилась неплохо справляться с домашним хозяйством, жаль только, за садом ухаживать не могу.

– Почему? – невольно заинтересовалась я.

Сад действительно выглядел сильно запущенным, контрастируя с идеальным порядком внутри дома. Траву кто-то косил, но кое-как, отчего на газоне оставались кочки и проплешины. Розы и кустарники, кажется, вовсе одичали.

– Я тут умерла, – спокойно ответила она. – И оказалась привязана к дому.

Странно, Барт привязан к орудию убийства, а Мэри почему-то к месту. Хотя, возможно, бывает по-разному?

– Мне жаль, – сказала я, чтобы хоть что-то сказать, допила чай и поморщилась.

Чем так неприятно пахнет?

Она пожала плечами.

– Я давно с этим смирилась. В общем, мисс Грин, мы с вами уживемся, если только… Вам нехорошо? Вы побледнели.

Противный запах усилился, и я тяжело сглотнула.

– Немного.

Пахло от кипящей на плите кастрюльки. Надо бы убрать, но…

Экономка проследила за моим взглядом и изменилась в лице. Подхватила кастрюлю с плиты и отнесла в дальний угол.

– Ох, простите. Я совсем забыла, что вы… Вам нужно на свежий воздух!

Она сделала замысловатый жест, и посреди кухни материализовались мои туфли.

Я прижала ладонь к губам, стараясь дышать размеренно, и почти не обратила внимания, как туфли сами собой наделись на ноги. Хотелось лечь и свернуться клубком. Куда угодно, хоть на пол!

– Сюда! – позвала миссис Симмонс, рывком отворяя заднюю дверь. – Ну же, скорее.

С улицы ворвался порыв прохладного ветра. Уже вечерело, на город опустились сумерки.

Я кое-как добрела до двери и остановилась на пороге. На свежем воздухе тошнота отступила, идти в темный сад расхотелось.

– Сюда, тут скамейка, – позвала экономка из-за куста. – Не бойтесь, мы не будем выходить из сада.

Не слишком ли она настойчива?

– Спасибо, я лучше пойду в дом! – крикнула я.

Миссис Симмонс просочилась сквозь куст и зависла напротив. Брови насуплены, губы поджаты… Недолгим же было примирение!

– Мисс Грин, вы мне не доверяете?

Я скептически посмотрела на нее. Разве должна?

– Что вы, – пробормотала я, – как можно!

Экономка картинно вздохнула, вытянула руки вперед и проговорила торжественно:

– Душой своей и посмертием клянусь, что не желаю вам ничего плохого и не причиню зла.

Серебристая вспышка подтвердила ее слова.

– Довольны? – Миссис Симмонс протянула мне полупрозрачную ладонь. – Идемте же! Я хочу вам показать особое место.

Отказаться после такого было решительно невозможно…

Место и впрямь оказалось дивным. Эдакое олицетворение смерти и тлена, в котором таилось своеобразное унылое очарование. Широкая каменная скамья усыпана увядшими лепестками роз. Одичавший розовый куст растопырил лапы-плети во все стороны, словно защищая покосившуюся плиту с полустертой надписью.

Миссис Симмонс зависла перед нею, окутывая камень полупрозрачной дымкой. Ее последнее пристанище?

– Ох. – Я торопливо сошла с почти незаметного холмика и опустилась на скамью. – Простите.

Говорят, очень неприятно, когда кто-то разгуливает по твоей могиле. Не то чтобы я рвалась лично проверить, а расспрашивать миссис Симмонс было неловко.

Она нехотя разомкнула губы:

– Ничего.

Приторно пахло розами, а еще почему-то свежевскопанной землей, хотя этого милого уголка давным-давно не касалась лопата садовника.

Экономка молча смотрела на меня, и на лице ее читалось такое ожидание, что я занервничала.

– Хотите, посажу на могиле цветы?

Чистосердечно предложила, между прочим!

Миссис Симмонс мой порыв отчего-то не оценила. Нахмурилась и сердито топнула ногой.

Не успела я извиниться (знать бы, за что!), как она возмутилась:

– Где тебя носит, старый распутник?

Барт? Не мистера Лэйна же она так приласкала!

Послышался душераздирающий скрежет – словно заскрипели несмазанные петли – и под ногами дрогнула земля.

Я вскочила и охнула. Могилу рассекала глубокая трещина, из которой сочились грязно-желтые испарения.

Бежать? Куда?! Сад так зарос, что тропинок не осталось. Дорожка одна – за надгробием и спиной экономки.

Со всех сторон меня обступили кусты. Казалось, они постепенно смыкают ряды, точно загонщики, выгоняющие лису прямо на охотника.

– Помогите! – закричала я в панике. – Миссис Симмонс!

И тут же поняла: зря. Экономка скрестила руки на груди, явно не намереваясь вмешиваться, на губах ее играла насмешливая улыбочка. «Надеюсь, теперь ты поняла, насколько тебе тут не рады!» – читалось на ее лице.

Но она же клялась… Я прикусила губу. Опять попалась! «…не желаю вам ничего плохого и не причиню зла». Очень расплывчатая формулировка, если вдуматься. Самой Мэри даже пальцем шевельнуть не придется, достаточно не вмешиваться.

Желтый туман густел на глазах, из него соткалась мрачная фигура в два человеческих роста. Призрак!

– Ты пришла, – прогудел он, глядя почему-то не на меня, а на миссис Симмонс.

– Здравствуй, дорогой. – Она сделала ручкой. – Соскучился?

Вместо ответа он заклубился мглой, как грозовая туча, и ринулся на нее. Экономка легко отлетела в сторону, крутанулась на месте и послала ему воздушный поцелуй.

– Грр! – взревел потревоженный дух, растопырил руки и…

Мутный взгляд похожих на бельма глаз остановился на мне.

– Живая. Живая плоть! Ы-ы-ы!